Игал Халфин: Автобиография троцкизма. В поисках искупления. Том 2

Масштабный исследовательский проект Игала Халфина посвящен ключевому ритуалу большевизма - критическому анализу собственного "я", перековке личности с помощью коммунистической этики. Анализируя процесс этой специфической формы самопознания, отраженной в эго-документах эпохи, автор стремится понять, как стал возможен Большой террор и почему он был воспринят самими большевиками как нечто закономерное. Данная книга - вторая часть исследования, которая отличается от первой ("Автобиография большевизма") большим хронологическим охватом (повествование доходит вплоть до 1937 года) и основывается преимущественно на материалах сибирских архивов. Герои этой книги - оппозиционеры: рядовые коммунисты, крестьяне с партизанским опытом, подучившиеся рабочие, строители Кузбасса, затем исключенные из партии и заключенные в лагеря как троцкисты или зиновьевцы. С помощью их эго-документов и материалов контрольных комиссий 1920 х годов Халфин прослеживает внутреннюю логику рассуждений будущих жертв Большого террора, а также те изменения в языке и картине мира, которые сопровождали политические и идеологические трансформации постреволюционной эпохи.Игал Халфин - профессор департамента истории Тель-Авивского университета, специалист по ранней советской истории, теории литературы и кино.СвернутьМасштабный исследовательский проект Игала Халфина посвящен ключевому ритуалу большевизма - критическому анализу собственного "я", перековке личности с помощью коммунистической этики. Анализируя процесс этой специфической формы самопознания, отраженной в эго-документах эпохи, автор стремится понять, как стал возможен Большой террор и почему он был воспринят самими большевиками как нечто закономерное. Данная книга - вторая часть исследования, которая отличается от первой ("Автобиография большевизма") большим хронологическим охватом (повествование доходит вплоть до 1937 года) и основывается преимущественно на материалах сибирских архивов. Герои этой книги - оппозиционеры: рядовые коммунисты, крестьяне с партизанским опытом, подучившиеся рабочие, строители Кузбасса, затем исключенные из партии и заключенные в лагеря как троцкисты или зиновьевцы. С помощью их эго-документов и материалов контрольных комиссий 1920 х годов Халфин прослеживает внутреннюю логику рассуждений будущих жертв Большого террора, а также те изменения в языке и картине мира, которые сопровождали политические и идеологические трансформации постреволюционной эпохи.Игал Халфин - профессор департамента истории Тель-Авивского университета, специалист по ранней советской истории, теории литературы и кино.СвернутьСвернуть