Зарка: Панама Андерграунд

Такой путеводитель по французской столице, которую обитатели местного дна между собой называют «Панамой», вам читать еще не доводилось.Вместо музеев и замков, удачных маршрутов и списка мишленовских ресторанов Зарка рассказывает о жизни парижских улиц: автомат со шприцами на Северном вокзале, бары, где «скромные» девицы из персонала буквально заставляют клиентов раскошелиться, жестокие внутренние разборки скинхедов, подпольные бои в цыганских ангарах, злачные притоны и проституция в Булонском лесу — все то, что осталось скрытым от глаз туристов.Французские подворотни, описанные парнем из андеграунда, уроженцем окрестностей Парижа, чей мозг постоянно затуманен препаратами. «Когда ты пишешь от первого лица, читатели порой путают тебя с героем-повествователем», — делится автор. И это неудивительно, ведь героя романа зовут Зарка. Он тоже писатель и собирает информацию для своей следующей книги. Автобиографические элементы в романе лаурета Prix de Flore 2017 смешиваются с вымыслом, однако где проходит грань между ними — решать читателю.СвернутьТакой путеводитель по французской столице, которую обитатели местного дна между собой называют «Панамой», вам читать еще не доводилось.Вместо музеев и замков, удачных маршрутов и списка мишленовских ресторанов Зарка рассказывает о жизни парижских улиц: автомат со шприцами на Северном вокзале, бары, где «скромные» девицы из персонала буквально заставляют клиентов раскошелиться, жестокие внутренние разборки скинхедов, подпольные бои в цыганских ангарах, злачные притоны и проституция в Булонском лесу — все то, что осталось скрытым от глаз туристов.Французские подворотни, описанные парнем из андеграунда, уроженцем окрестностей Парижа, чей мозг постоянно затуманен препаратами. «Когда ты пишешь от первого лица, читатели порой путают тебя с героем-повествователем», — делится автор. И это неудивительно, ведь героя романа зовут Зарка. Он тоже писатель и собирает информацию для своей следующей книги. Автобиографические элементы в романе лаурета Prix de Flore 2017 смешиваются с вымыслом, однако где проходит грань между ними — решать читателю.СвернутьСвернуть