Александр Кушнер: Время и место

В 1988 году, открывая поэтический вечер Александра Кушнера в Бостоне, Иосиф Бродский назвал его крупнейшим русским лириком XX века. Эта высокая похвала раскрывает свой смысл в перекличке с тем определением, которое дал лирике сам Кушнер: "Что такое лирика? Это особое, горячее внимание к человеку, к любому предмету, любой вещи на земле, это особое отношение к миру, его явлениям, взгляд на вещи и людей, окрашенный в личные, сердечные тона". Именно эта свобода в выборе предмета говорения, чуткость к миру и искренность в отношениях с ним отличает весь поэтический корпус Кушнера. Начав печататься в конце 1950-х, когда магистральная линия литературы исполняла идеологические задачи, а чуть позднее застав представителей и целые школы реакции в лице новых авангардистов и языковых экспериментаторов, Кушнер писал и продолжал писать стихи о деревьях, море и звездах, о детских воспоминаниях, архитектуре любимого города, печальных снах, о любви, жизни и смерти, - прокладывая путь той истинной поэзии, которая неизменно всматривается в мельчайшие события жизни, проникая в ее глубину. Настоящий сборник отражает бытие поэтического таланта Кушнера в течение пяти десятилетий. За это время его стихотворения стали неотъемлемой частью не только отечественной, но и мировой поэзии, но, как и всякая подлинная лирика, они живут сегодняшним днем, принадлежащим вечности.СвернутьВ 1988 году, открывая поэтический вечер Александра Кушнера в Бостоне, Иосиф Бродский назвал его крупнейшим русским лириком XX века. Эта высокая похвала раскрывает свой смысл в перекличке с тем определением, которое дал лирике сам Кушнер: "Что такое лирика? Это особое, горячее внимание к человеку, к любому предмету, любой вещи на земле, это особое отношение к миру, его явлениям, взгляд на вещи и людей, окрашенный в личные, сердечные тона". Именно эта свобода в выборе предмета говорения, чуткость к миру и искренность в отношениях с ним отличает весь поэтический корпус Кушнера. Начав печататься в конце 1950-х, когда магистральная линия литературы исполняла идеологические задачи, а чуть позднее застав представителей и целые школы реакции в лице новых авангардистов и языковых экспериментаторов, Кушнер писал и продолжал писать стихи о деревьях, море и звездах, о детских воспоминаниях, архитектуре любимого города, печальных снах, о любви, жизни и смерти, - прокладывая путь той истинной поэзии, которая неизменно всматривается в мельчайшие события жизни, проникая в ее глубину. Настоящий сборник отражает бытие поэтического таланта Кушнера в течение пяти десятилетий. За это время его стихотворения стали неотъемлемой частью не только отечественной, но и мировой поэзии, но, как и всякая подлинная лирика, они живут сегодняшним днем, принадлежащим вечности.СвернутьСвернуть