Сергей Зверев: Третий всадник

1933 год. Нижнепольская область бурлит. Народное недовольство растет. Кулаки лютуют. Переселенцы тысячами уходят в бега. Крестьяне с ног падают от недоедания и недосыпания. Замечены факты людоедства и грабежей складов.  А началось все с того, что по сёлам стали шнырять какие-то люди с мандатом от заведующего сельхозотделом обкома партии Головченко.    Ссылаясь на его приказ, они подчистую отбирали у крестьян продуктовые запасы. Причем, никто не знает, куда эта сельхозпродукция в итоге подевалась. Нет ее ни в районе, ни на союзных складах. Словно испарилась. Как, впрочем, и сам Головченко.  Группе чекистов из ОГПУ во главе с закаленными бойцами Большаковым, Русаковым и Лифшицем поручена крайне опасная операция. Уже установлено место, где схоронился беглый партиец. Осталось лишь ворваться в его логово и взять мерзавца живым. Но, как оказалось, вовсе не Головченко оказался самым опасным врагом. А кто-то среди своих…1933 год. Нижнепольская область бурлит. Народное недовольство растет. Кулаки лютуют. Переселенцы тысячами уходят в бега. Крестьяне с ног падают от недоедания и недосыпания. Замечены факты людоедства и грабежей складов.  А началось все с того, что по сёлам стали шнырять какие-то люди с мандатом от заведующего сельхозотделом обкома партии Головченко.    Ссылаясь на его приказ, они подчистую отбирали у крестьян продуктовые запасы. Причем, никто не знает, куда эта сельхозпродукция в итоге подевалась. Нет ее ни в районе, ни на союзных складах. Словно испарилась. Как, впрочем, и сам Головченко.  Группе чекистов из ОГПУ во главе с закаленными бойцами Большаковым, Русаковым и Лифшицем поручена крайне опасная операция. Уже установлено место, где схоронился беглый партиец. Осталось лишь ворваться в его логово и взять мерзавца живым. Но, как оказалось, вовсе не Головченко оказался самым опасным врагом. А кто-то среди своих…