Михаил Первухин: Пугачев-победитель

Михаил Константинович Первухин - признанный "русский Жюль Верн" (или "русский Уэллс", что верней), один из самых плодовитых писателей-фантастов начала ХХ века в России, писавший под множеством псевдонимов, с 1906 года и до самой смерти жил в эмиграции, в основном в Италии. До 1917 года он активно печатался в России, после 1917 - только за рубежом (в Берлине, Бухаресте, Париже, Риге). Почти все его наследие осталось распыленным по периодике и никогда не переиздавалось, несмотря на пристальное внимание к нему со стороны ученых, в том числе иностранных.Первухину принадлежит честь быть зачинателем русского жанра альтернативной истории. Если его роман "Вторая жизнь Наполеона" (1917) всецело находится в плену канонов "криптоистории", то главная его книга, роман "Пугачев-победитель" (1924) - подлинный шедевр жанра исторической альтернативы: а что было бы, если бы Емельян Пугачев под именем императора Петра III взял и Казань и Москву, стал бы чеканить на Урале собственную монету, словом, стань он просто русским царем? До подобного уровня фантазии в 1920-е годы фантазия не поднималась не только в русской литературе, подобные произведения во всем мире пришлось бы собирать на счет по пальцам.К тому же перед нами - богатая русская проза, роман высочайшего уровня, достойный называться образцом высокой литературы даже вне зависимости от приоритета Первухина в жанре.СвернутьМихаил Константинович Первухин - признанный "русский Жюль Верн" (или "русский Уэллс", что верней), один из самых плодовитых писателей-фантастов начала ХХ века в России, писавший под множеством псевдонимов, с 1906 года и до самой смерти жил в эмиграции, в основном в Италии. До 1917 года он активно печатался в России, после 1917 - только за рубежом (в Берлине, Бухаресте, Париже, Риге). Почти все его наследие осталось распыленным по периодике и никогда не переиздавалось, несмотря на пристальное внимание к нему со стороны ученых, в том числе иностранных.Первухину принадлежит честь быть зачинателем русского жанра альтернативной истории. Если его роман "Вторая жизнь Наполеона" (1917) всецело находится в плену канонов "криптоистории", то главная его книга, роман "Пугачев-победитель" (1924) - подлинный шедевр жанра исторической альтернативы: а что было бы, если бы Емельян Пугачев под именем императора Петра III взял и Казань и Москву, стал бы чеканить на Урале собственную монету, словом, стань он просто русским царем? До подобного уровня фантазии в 1920-е годы фантазия не поднималась не только в русской литературе, подобные произведения во всем мире пришлось бы собирать на счет по пальцам.К тому же перед нами - богатая русская проза, роман высочайшего уровня, достойный называться образцом высокой литературы даже вне зависимости от приоритета Первухина в жанре.СвернутьСвернуть