Сергей Буров: Пастернак на эзотерическом перекрестке. Масонство и алхимия в "Докторе Живаго"

Духовный поиск Б.Л. Пастернака, связанный с его стремлением к "неслыханной простоте" и "наливанию вещей свинцом фактов", в "Докторе Живаго" был обусловлен желанием "на темы жизни и времени... высказаться до конца". Роман впитал в себя и жизненный опыт писателя, и его реакцию на мировую культуру. Книга С.Г. Бурова посвящена исследованию влияния, которое оказала на Б.Л. Пастернака масонская и алхимическая посвятительные традиции. "Доктор Живаго" прочитан как текст, моделируемый составными масонского ритуала, процесса алхимического Великого Делания и некоторых каббалистических техник. Автор стремился выявить интертекстуальные связи романа с масонскими и алхимическими текстами и произведениями русской и зарубежной литературы XIX-XX веков. Книга, в которой учитывается богатый опыт пастернаковедения последних десятилетий, представляет собой и новую интерпретацию "Доктора Живаго", и своего рода развёрнутый комментарий к нему, дополняющий уже существующие. Роман в новом прочтении предстаёт произведением эзотерическим, требующим более глубокого осмысления, чем то, что позволяло некоторым современникам ради красного словца называть его "гениальной неудачей".СвернутьДуховный поиск Б.Л. Пастернака, связанный с его стремлением к "неслыханной простоте" и "наливанию вещей свинцом фактов", в "Докторе Живаго" был обусловлен желанием "на темы жизни и времени... высказаться до конца". Роман впитал в себя и жизненный опыт писателя, и его реакцию на мировую культуру. Книга С.Г. Бурова посвящена исследованию влияния, которое оказала на Б.Л. Пастернака масонская и алхимическая посвятительные традиции. "Доктор Живаго" прочитан как текст, моделируемый составными масонского ритуала, процесса алхимического Великого Делания и некоторых каббалистических техник. Автор стремился выявить интертекстуальные связи романа с масонскими и алхимическими текстами и произведениями русской и зарубежной литературы XIX-XX веков. Книга, в которой учитывается богатый опыт пастернаковедения последних десятилетий, представляет собой и новую интерпретацию "Доктора Живаго", и своего рода развёрнутый комментарий к нему, дополняющий уже существующие. Роман в новом прочтении предстаёт произведением эзотерическим, требующим более глубокого осмысления, чем то, что позволяло некоторым современникам ради красного словца называть его "гениальной неудачей".СвернутьСвернуть